Спасательные археологические раскопки селища Петелино-1
проводил летом в Подмосковье Институт археологии РАН. Археологи под руководством Алексея Викторовича Алексеева раскопали одно из древнейших поселений Московской области. В XIV веке здесь располагалось принадлежавшее великому московскому князю Дмитрию Донскому село Дмитриева Слободка - административный и экономический центр большой и богатой волости. Дмитриева Слободка не раз была упомянута в завещаниях московских князей и главных государственных актах как важный пункт. Раскопки захватили и часть древнего средневекового некрополя XIV-XVI веков с большим количеством погребений. Найдено большое количество редких и интересных находок: белокаменные надгробия, каменный крест, нательные кресты, серебряные монеты, образки, прикладная печать, серебряные поясные накладки, много керамики XIV-XVI веков и другое.
Фото кликабельны, с географическими координатами и привязкой к яндекс-карте, 06-07.2016г.
Историческая справка, схема раскопок, начало спасательных раскопок селища Петелино-1, а также небольшой ликбез по археологии здесь:
Раскопки Петелино-1, средневековой некрополь, 1 часть
Раскопки селища Петелино-1, видео-экскурсия
1. Всё, что сохранилось от человека - наиболее крепкие кости и рыхлый череп. Обратите внимание, как неглубоко он был похоронен, всего около 60 см от тогдашнего уровня земли
2. Еще одна могила с сохранившимися останками человека и гробовины (начало - фото 37,38 предыдущей части). В последствии оказалось, что это наиболее сохранившееся захоронение из всех найденых. Гробы тогда представляли собой выдолбленные из цельного дерева антропоморфные колоды
3. Бумажную работу никто не отменял
4. Средневековой нательный крест
5. Хорошая находка - серебрянная монета Золотой Орды, дирхем хана Бердибека (758-760/1357-1359)
6. Оборот дирхема Бердибека
7. Нательный крест и дирхем
8. Панорама раскопок, видны могилы
9. Уже выкопанные могилы, средневековые могильные плиты и могильные пятна (выделяющиеся на фоне материка прямоугольники)
11. Видны две начатые могилы. Извлекается сначала одна половина, затем другая
13. Очистка захоронения со 2 фото. Работа идет ножем и щеткой, наверное самая медленная и нудная часть раскопок
15. Весь извлеченный грунт посеивается через сито в поисках артефактов
16. После очистки стали видны кости рук и фаланги пальцев (сравни с фото 13)
17. А это могила в могиле. Более позднее захоронение частично расположено на более раннем. Человеческие останки растворились, частично сохранился лишь череп
18. Здесь также одна могила находит на другую. Видны следы истлевшей колоды, человеческие останки не сохранились
19. Наконец-то полностью ичистили останки из могилы со 2-го фото. На зачистку ушло пару дней
23. Следы групповой могилы, мы предполагали там захоронение семьи и возлагали ра раскоп этой могилы большие надежды
24. Перекур, справа начало раскопа групповой могилы с предыдущего фото
25. К сожалению, надежды на оправдались, человеческие останки в этой могиле не сохранились. Удалось обнаружить лишь след от черепа - полость в земле в форме черепа (сразу вспоминаются Помпеи). Однако его расположение подтвердило нашу догатку о групповом захоронении
26. Всё, что осталось от человека - полось в земле в форме черепа
27. Начали копать дальше и обнаружили еще одну полость от черепа. А между ними след еще одного маленького захоронения. Скорее всего это была семья с ребенком
28. А это захоронение с сохранившемся черепом, предположительно ребенка. Маленькие глазницы при большом черепе наводят на мысль о болезни (рахит?). Кстати, по окончанию раскопок все кости были отправлены антропологам для анализа и исследований
29. Начало расчистки захоронения с фото 18, видны остатки черепа и следы колоды
30. В ходе раскопок было найдено много фрагментов керамики XIV-XVII веков. При этом в самих могила практически ничего не найдено (почему это происходило я объясняю в видео и предыдущей части)
31. Захоронение с фото 18, 29 после расчистки
32. А это главный специалист по расчисткам погребений. Не всякий способен длительное время ножом, иголкой и щеточкой расчищать кости - это достаточно трудоемкое занятие, требующее усидчивости и терпения
33. Найденая керамика, XIV-XV век
34. Венчик фрагмента средневекового керамического сосуда
36. Профиль венчика с предыдущего фото
37. Обратите внимание на волнистый узор, это XIV-XV век
43. Средневековая керамика
44. Необычная находка - осколок черноморской амфоры XIV века (справа)
46. Венчики керамических сосудов XIV-XV веков, видны волнистые линии.
48. Во время раскопок к нам приезжали репортеры с канала Россия-24 снимать документальный фильм о археологических раскопках. Руководитель экспедиции Алексеев А.В. дает им интервью. Позже выложу ссылку на фильм
49. Снимают самые примечательные и ценные находки
На раскопках часто творятся странные вещи. Например, сны археологов там часто бывают пророческими. Так, существует предание о том, что знаменитому немецкому предпринимателю и археологу-любителю Генриху Шлиману, нашедшему античную Трою, в ночь на 31 мая (накануне того, как был найден золотой клад) явился бородатый царь (видимо, правитель Трои - Приам), который объяснил, где именно спрятана царская сокровищница.
Гастон Масперо, раскопавший в XIX веке немало гробниц в Долине Царей, признавался, что многие свои находки сделал под руководством снов. Найденное неолитическое поселение VIII тысячелетия до н.э. в Чатал-Гуюке (Турция) навевало археологам сны о людях с раскрашенными охрой лицами, а еще о быках, которым эти люди поклонялись.
Один старый археолог рассказывал автору этих строк, что ему практически всегда на раскопках древних могил снились люди, которые были там погребены. Нередко они показывали ему предметы своего труда и быта, которые через какое-то время обнаруживались в могилах.
Сны не только подсказывают, но и предостерегают. Памятный случай произошел в Египте с тем же Масперо, которому явившийся во сне жрец велел прекратить работы. Ученый не внял предостережению, и в последующие дни ядовитые змеи укусили нескольких его сотрудников. В итоге четверо скончались.
Подобный же предостерегающий сон видели в одну и ту же ночь два археолога во время раскопок на Урале в конце 1970-х годов. А наутро произошла трагедия: обвалилась насыпь, под которой велись работы, похоронив сразу целую бригаду.
Пророческие сны - не единственная странность, случающаяся в процессе археологических изысканий. Бывает, археологи видят, особенно в сумерках, некие призрачные фигуры и огни. Рассказывают и о необычных звуках, чаще всего звуках шагов - без присутствия того, кто эти шаги производит. Например, в 1950 годах в Монголии археологи до позднего вечера работали в вырытой яме и не раз слышали, как наверху ходит кто-то огромный. Грунт хрустел так, словно вокруг ямы прогуливалось существо весом со слона. Однако когда люди вылезали наверх, звуки смолкали. И никого вокруг не наблюдалось. Спрятаться странному ходоку было негде - кругом простиралась совершенно открытая местность, просматривавшаяся на много километров. Но шаги-то слышали все члены экспедиции! Некоторые нарочно оставались в яме до темноты, чтобы в очередной раз подтвердить наличие феномена, объяснение которому так и не нашлось.
Помимо шагов, на раскопках древних кладбищ часто слышатся «бормочущие голоса». Явление это известно еще с древности. Чаще всего оно возникает в глубоких ущельях, глухих чащобах, пещерах. Места, где звучали голоса, в эпоху античности слыли святынями, а если в невнятном бормотании можно было разобрать слова, то они воспринимались как пророчества. Так в Греции появился когда-то знаменитый Дельфийский Оракул. У древних славян бормочущие голоса предвещали чью-то скорую смерть и указывали на присутствие нечистой силы.
Известен случай (произошедший на Украине), когда подобный голос зазвучал после вскрытия одного из захоронений он не затихал, пока могилу снова не зарыли. Во время раскопок в Поволжье странные голоса, раздававшиеся на рассвете, произносили отдельные слова на непонятном языке. Позже выяснилось, что эти слова - из языка древних булгар, которые когда-то здесь жили.
Среди археологов ходят рассказы и о загадочных «невидимках». Одно такое происшествие, подтвержденное несколькими десятками свидетелей, случилось на раскопках языческого капища в Новгородской области. В ясную безветренную погоду между людьми стал носиться какой-то странный ветер локальный, как смерч, и перемещающийся в разных направлениях. Однако никакого гула при этом не слышалось
- был только шорох, по которому определялся вектор движения воздуха. Как будто какое-то большое невидимое существо носилось взад-вперед среди членов экспедиции.
При раскопках древнего храма на Алтае подобные воздушные порывы были столь сильны, что походили на беззвучную ударную волну. Они опрокидывали людей и тяжеловесные предметы, извлеченные археологами из могил.
Страх и амнезия
Во время раскопок часто страдает психика людей. В 1970-х годах группу археологов, раскапывавших древние аланские могильники на Северном Кавказе, внезапно и совершенно беспричинно охватил такой ужас, что они, бросив все. полезли на деревья и просидели там до утра. С рассветом чувство тревоги уменьшилось, но работы все равно вскоре пришлось свернуть из-за ухудшившегося психического состояния членов экспедиции.
Нечто подобное произошло в Архангельской области, когда археологи-любители стали расчищать древний лабиринт. На них напал страх, умноженный на манию преследования. Люди, знавшие друг друга много лет, начали вдруг подозревать товарищей в злых умыслах. К вечеру страх усилился до того, что участники экспедиции пошли прочь от зловещего места, словно их кто-то погнал оттуда.
К аномальным происшествиям на раскопках можно отнести и моменты кратковременной потери памяти, или, как это называется в медицине, ретроградной амнезии. Человек во время разговора вдруг умолкал и начинал недоуменно оглядываться по сторонам. При расспросах выяснялось, что он не помнил ничего из случившегося с ним в последние пять-тридцать минут (иногда - несколько часов). Обычно что-то подобное бывает при сотрясении мозга. Но здесь у человека травмы отсутствовали, он не падал и не ударялся. По некоторым сведениям, внезапные беспричинные амнезии нередко случались у рабочих, которые вели раскопки в египетской Долине Царей.
Избушка или могилка?
Подобных историй любой археолог расскажет вам не один десяток, особенно вечером у костра, после полевых работ. Некоторые байки могут быть совершенно фантастичными. Например, два копателя нашли в лесу старое кладбище и, в надежде поживиться чем-нибудь ценным, начали вскрывать могилы. К вечеру друзья собрались уходить, как вдруг воздух вокруг них заклубился и небо посветлело. Оглядевшись, они изумились. Опушка леса, на которой они очутились, была им совершенно незнакома. К тому же стоял день, а не вечер. Из избы, которая оказалась поблизости, вышла старомодно одетая молодая женщина с бусами на груди и, улыбаясь, позвала копателей в дом. Те приняли приглашение. Хозяйка поставила на стол еду, разговорилась с гостями. Расспрашивая ее о ближайших населенных пунктах, друзья скоро убедились, что она даже названий таких не знает. Один из гостей, предчувствуя недоброе, решил пойти поискать дорогу. Но как только он вышел из дома, снова что-то произошло с воздухом, и копатель очутился на том же старом кладбище. Его приятеля, который остался в избе, нигде не было видно, как не было видно жилища и его хозяйки. Зато рядом раздавались глухие стоны, словно доносившиеся из-под земли. Копатель пригляделся. Земля на одной из еще не раскопанных могил шевелилась. Из нее, похоже, кто-то пытался выбраться. Узнав голос, незадачливый «археолог» начал лихорадочно копать и вскоре обнаружил своего друга. Тот неизвестно как очутился в могиле и едва не задохнулся в ней. В той же могиле лежал древний рассохшийся труп. При скудном вечернем свете приятели рассмотрели на останках бусы - точно такие же, какие были на хозяйке избы!
Создатели данного сайта призывают не путать кладоискателей и гробокопателей - раскопки любых захоронений не принесли никому и не принесут богатства и тем более счастья. Все там будем - там и зачтется... Археология такого рода не вызывает уважения в любом случае, если она не проводится в научных целях официально, т.е. бескорыстно. А вот и законная сторона этих поисков...
Статья 244. Надругательство над телами умерших и местами их захоронения
1. Объектом преступления является общественная нравственность.
2. Предмет преступления - тела умерших, места захоронения, надмогильные сооружения и кладбищенские здания, где совершаются церемонии в связи с погребением умерших или их поминовением (см. Федеральный закон от 12.01.96 N 8-ФЗ ((в ред. Федеральных законов от 28.06.97 N 91-ФЗ; от 21.07.98 N 117-ФЗ; от 07.08.2000 N 122-ФЗ)//СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 146; 1997. N 26. Ст. 2952; N 30. Ст. 3613; 2000. N 33. Ст. 3348).3. Объективная сторона преступления включает следующие действия:
а) надругательство над телом умершего, т.е. совершение безнравственных, оскверняющих или циничных действий в отношении захороненных или временно не захороненных человеческих останков (извлечение из могилы, нанесение повреждений, расчленение трупа, обнажение, похищение одежды, находящейся на теле умершего, ценных украшений, зубных коронок, несанкционированное перезахоронение останков и т.д.);
б) уничтожение мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий, предназначенных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминовением, полное разрушение этих объектов, приведение их в полную негодность, чтобы невозможно было использовать по назначению;
в) повреждение указанных объектов означает существенное разрушение предмета, причинение ему такого вреда, после которого для использования его по назначению необходимо восстановление (нанесение порчи отдельным элементам сооружения, изъятие отдельных украшений и другие действия).
г) осквернение таких объектов, выражающееся в совершении безнравственных, циничных действий, несовместимых с предназначением сооружений (например, нанесение оскорбительных надписей, рисунков, символов, нечистот, мусора и т.п.).
4. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Виновный осознает, что совершает противоправные действия, и желает этого.
5. Субъект преступления - лицо, достигшее 16-летнего возраста.
6. О понятии группы лиц, группы лиц по предварительному сговору или организованной группы см. комментарий к ст. 35 УК.
7. О понятии мотива национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды см. комментарий к ст. 105 УК.
8. Скульптурным, архитектурным сооружением, посвященным борьбе с фашизмом или жертвам фашизма, признается и любое другое сооружение, посвященное указанным обстоятельствам, в том числе возведенное на местах захоронения погибших, независимо от их национальности и гражданства. Места захоронения участников борьбы с фашизмом - индивидуальные и братские могилы, имеющие соответствующие надписи или мемориальные доски.
9. Применение насилия или угроза его применения включают причинение легкого вреда здоровью, побои и угрозу причинения телесных повреждений любой тяжести. В случае причинения потерпевшему умышленно тяжкого или средней тяжести вреда действия виновного следует дополнительно квалифицировать по ст. 121, 112 УК. Потерпевшими могут при этом выступать любые лица, препятствующие совершению действий, указанных в диспозиции данной статьи.
10. Преступление считается оконченным в момент совершения любого действия, образующего объективную сторону состава преступления.
Смотрим статью 22
"О погребении и похоронном деле"
(с изменениями от 28 июня 1997 г., 21 июля 1998 г., 7 августа 2000 г., 30 мая 2001 г., 25 июля, 11 декабря 2002 г., 10 января, 30 июня 2003 г.)
Статья 22. Старые военные и ранее неизвестные захоронения
Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ
"О погребении и похоронном деле"
(с изменениями от 28 июня 1997 г., 21 июля 1998 г., 7 августа 2000 г., 30 мая 2001 г., 25 июля, 11 декабря 2002 г., 10 января, 30 июня 2003 г.)
Статья 22. Старые военные и ранее неизвестные захоронения
4. Запрещаются поиск и вскрытие старых военных и ранее неизвестных захоронений гражданами или юридическими лицами, не имеющими официального разрешения на такую деятельность.
1. Старыми военными и ранее неизвестными захоронениями считаются захоронения погибших в боевых действиях, проходивших на территории Российской Федерации, а также захоронения жертв массовых репрессий.
2. Перед проведением любых работ на территориях боевых действий, концентрационных лагерей и возможных захоронений жертв массовых репрессий органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органы местного самоуправления обязаны провести обследование местности в целях выявления возможных неизвестных захоронений.
3. При обнаружении старых военных и ранее неизвестных захоронений органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органы местного самоуправления обязаны обозначить и зарегистрировать места захоронения, а в необходимых случаях организовать перезахоронение останков погибших.
1. Старыми военными и ранее неизвестными захоронениями считаются захоронения погибших в боевых действиях, проходивших на территории Российской Федерации, а также захоронения жертв массовых репрессий.
2. Перед проведением любых работ на территориях боевых действий, концентрационных лагерей и возможных захоронений жертв массовых репрессий органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органы местного самоуправления обязаны провести обследование местности в целях выявления возможных неизвестных захоронений.
3. При обнаружении старых военных и ранее неизвестных захоронений органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органы местного самоуправления обязаны обозначить и зарегистрировать места захоронения, а в необходимых случаях организовать перезахоронение останков погибших.
4. Запрещаются поиск и вскрытие старых военных и ранее неизвестных захоронений гражданами или юридическими лицами, не имеющими официального разрешения на такую деятельность.
не поддающееся разборке. Сгнивают все деревянные части, превращая винтовку или карабин в ржавую железку, неподдающуюся опознанию. Обратная ситуация в болотах: дерево, находясь в воде не сгнивает, а металл превращается в тонкую фольгу. У выкопанных из земли боеприпасов из-за проникания влаги, в большинстве случаев, возможны осечки. Но не стоит создавать себе проблемы и набивая карманы копаными патронами. Поиск и коллекционирование военного антиквариата - это прежде всего сохранение и изучение истории Второй Мировой Войны. А поиск останков советских бойцов, которые так и остались лежать на своих позициях, где их достала вражеская пуля, является занятием благородным и вполне совместимым с коллекционированием военных раритетов. Я вполне согласен с тем, что "война не прекратилась, пока не похоронен последний погибший в бою солдат..." Удачных экспедиций Вам!
Мы призываем к соблюдению законов государственных и моральных при поиске, бескорыстное отношение к раскопкам принесет вам удачу.
Солдатские захоронения.
Отношение к раскопкам захоронений (в частности - немецких оккупантов) разные. И вот, кстати, слово закона по этому поводу и информация к размышлению.
Конечно, германских солдат в гости никто не звал, но надо помнить, что хоронили их чаще всего, соблюдая церковный ритуал: в присутствии военного священника, с молитвой, на могиле устанавливался крест. Можно иметь разные религиозные взгляды или не иметь таковых вообще, но раскопки могил во все времена счастья никому не приносили. Не на каждом мертвом бойце находят ценности: перстень в дешевом исполнении, солдатскую награду или сметный жетон. Металлические детали амуниции на трупе портятся гораздо быстрее, чем просто в почве. Например, каска с боевого захоронения может оставаться в зеленой краске, но быть вся в дырках, да и попахивать специфически. Золотые зубы, не в похвалу нашему народу сказано, начали копать, чуть ли не как последний немецкий танк за околицей скрылся. Даже термин родился "по головам прошлись". Хотя, не нужно было в Россию приезжать на этих самых танках - "блицкриг" не удался. Забыли исторический опыт других европейцев: французов и шведов. Народ русский по своей бедноте и хозяйственности использовал все, что оставалось на полях сражений: зимой отрубали ноги у трупов, чтоб разморозить и обзавестись неплохой обувью, подкованной и с металлическими шипами. Использовали в хозяйстве любые армейские ящики, мешки, противогазные бачки и прочее. Гранатами и толом глушили рыбу, с трофейными винтовками охотились, кителя и шинели перешивали и носили. Так что, почти в любой избе, оставшейся с времен оккупации можно обнаружить предметы с войны "доработанные" и видоизмененные для хозяйственных нужд. Что же касается копаных вещей советского производства, то их встречается меньше, чем вещей противника. Оснащение и материалы, из которых изготавливалась экипировка красноармейцев, явно уступали качеству немецких изделий. Иногда поражаешься и количеству военного фуража у противника. Взять, к примеру, боеприпасы. Гильз, пулеметных лент, мин и прочего попадается столько, что, кажется, Германия находилась где-то в соседней области. По поводу приобретения и коллекционирования уже откопанных предметов с убитых солдат. Ничего зазорного в этом не вижу, так сохраняется память о бойцах, использовавших эти предметы, и событиях тех кровавых дней в целом. Хуже будет, если все истлеет в земле и забудется. При этом важно не забывать про статьи уголовного кодекса - ржавые стволы могут повлечь известную ответственность. Модели ППШ и прочего оружия, продающиеся нынче в магазинах совершенно свободно, я думаю, могут позволить себе многие. Кто хочет пострелять, то не так сложно получить охотничий билет и приобрести ствол официально. Это гораздо безопаснее, как со стороны законности, так и непосредственно самого использования оружия. Выкопанные стволы обычно пребывают в состоянии естественной утилизации, созданной самой природой. Они настолько проржавевшие, закисшие, что иногда только напоминают силуэт боевого оружия. Затворы и все механизмы превращены окислами в единое целое,
Недавно выяснилось, что поисковый отряд экспедиции «Долина» три года вёл раскопки на деревенском кладбище.
Эта история началась прошлым летом, когда к нам обратились из старорусского комитета культуры и попросили посмотреть место на окраине д. Черенчицы. Выехав на место, мой коллега С. Е. Торопов, осмотрев берег, где велись раскопки, убедился, что там находится деревенское кладбище.
Недавно эта история всплыла снова, и мне удалось связаться с командиром отряда проводившего там работы Н. Г. Бабинцевой. Вот что удалось выяснить.
Собственно говоря, в очередной раз повторилась старая ситуация. Поисковый отряд в ходе поиска незахороненных павших бойцов натолкнулся на старое кладбище и принял его за захоронение мирных жителей, погибших во время войны.
Само село имеет древнюю историю.
В средневековье Черенчицы – центр одноименного крупного округа-погоста, разделенного р. Ловать на две половины, расположенные соответственно на территории Шелонской и Деревской пятин. Наиболее раннее из дошедших до нас описаний с. Черенчицы сохранилось в Переписной книге Шелонской пятины 1539 г. По её данным, на территории села значится ц. св. Иоанна Богослова. Черенчицкий погост впервые упоминается в Переписной оброчной книге Деревской пятины, составленной около 1495 г. В XVI в. находящаяся в Черенчицах ц. Иоанна упоминается в Приходной книге новгородского Дома Святой Софии 1576/1577 г.
По мнению академика В. Л. Янина, Черенчицы (под названием Черняны (Черняне)) упоминаются Новгородской I летописью под 1200 г. в сообщении о литовском набеге на Южное Приильменье: «Ловоть взяша Литва и до Налюця, с Белее до Свинорта и до Ворча середу; и гнашася новгородьци по них и до Цьрнян и бишася с ними». Данная локализация поддержана с ономастической точки зрения В. Л. Васильевым.
Во время войны, эта деревня оказалось на линии фронта и была разрушена в ходе боёв. При этом позиции, естественно, закладывали на всех удобных местах, в том числе и на кладбище, прилегавшем к ц. св. Иоанна Богослова.
Спустя много лет, весной 2013 года, бойцы поискового отряда обнаружили на окраине деревни Черенчицы человеческие кости, лежащие на грунтом берегу р. Ловать.
Раскопки на берегу Ловоти
Три года отряд из Кирова вёл поисковые работы, в результате которых извлечены костные останки не менее 80-ти человек, включая многочисленные младенческие и детские скелеты. Взрослых мужчин очень мало. Ни личных вещей, ни фрагментов одежды при останках не обнаружено. Вокруг найдены немецкая пулемётная лента, немногочисленные гильзы и патроны от немецкого и советского оружия, 2 гильзы крупнокалиберного снаряда, несколько гильз от противотанкового ружья, 1 или 2 гильзы от немецкой ракетницы, битый кирпич, битое тонкое стекло, десяток кованых гвоздей, фрагменты досок, несколько крупных осколков снарядов.
Кроме того были найдены 11 нательных крестов, которые предварительно можно датировать XVIII- нач. XX в.
Найденные в ходе работ, нательные кресты и осколок сосуда с изображением Иоанна Богослова
"Кружечка из раскопа под бруствером"
Самое удивительное - это то что, находя сопровождавшие останки, фрагменты истлевшего дерева и кованые гвозди, они не смогли сообразить, чтобы это значило. Хотя любому человеку, знакомому с раскопками погребений, ясно, что это остатки гробовищ. Не могли бойцы и командир отряда понять, почему среди погребений много разрозненных костей и их фрагментов. А это ещё один из признаков долго функционировавшего кладбища – кости из разрушенных погребений.
Расчищенный костяк. Положение типичное для православного захоронения. Лежит на спине, руки сложены на груди
Возможно, среди найденных костяков и могли находится останки непогребённых солдат, но основная масса - это погребения старого кладбища частично разрушенные и перемешенные позициями.
В переписке описывалось, что некоторые скелеты были обнаружены группами, матери прижимали к себе детей. Но в это верится слабо. Такие рассказы я уже слышал в 2007 г., когда при таких же обстоятельствах был раскопан жальник у д. Хотыня, где ничего подобного не было. Методика работы, при которой не фиксируется положение костяков, при наличии фантазии позволяет сделать любые выводы.
Шурфы и методика раскопок
Всё это позволяют сделать вывод о том, что в результате поисковых работ было повреждено церковное кладбище, содержащее погребения XVIII – нач. XX в., а возможно и более раннего периода. Основной причиной сложившейся ситуации, по всей видимости, стало отсутствие у руководителей поискового отряда информации о расположении в районе поисковых работ археологических памятников (которым по факту является раскопанное кладбище) и неумение отличать объекты военного времени от кладбищенских погребений эпохи средневековья и XVIII – нач. XX вв.
Учитывая древность села, стоит предполагать, что на его территории могут находиться и гораздо более древние археологические объекты.
Непосредственно же рядом с местом раскопок находится разрушенный храм Иоанна Богослова. Командир отряда о нём знал, но почему-то не подозревал о том, что вокруг старых храмов обычно располагаются кладбища.
Как можно заниматься поисковой работой по 15-20 лет и не знать этого, да ещё и не уметь отличить деревенское кладбище от военных захоронений, у меня не укладывается в голове. Ведь судя по описанию, не было вообще ничего, что позволяло бы признать эти погребения военными (гильзы и патроны, валявшиеся на поверхности, не в счёт - их везде хватает).
Тем более, что проблема разрушений могильников звучала уже неоднократно. В 2007 г. Разрушен средневековый жальник у д. Хотыня Шимского района, в 2009 г. поисковым отрядом раскопан жальник у д. Бракловицы Старорусского района (там тоже позиции располагались прямо на могильнике). Мы об этом неоднократно говорили, писали в штаб "Долины" , встречались с руководством.
Но в итоге, отряд три года сдавал отчёты в штаб «Долины» и там никто не обеспокоился таким странным захоронением. Три года перезахоранивают останки женщин и детей, и ни у кого не вызывает подозрения тот факт, что нет ни одного повода считать их погибшими в ходе Великой Отечественной войны. По-моему, это признак больших проблем в организации поискового движения и контроля над работами поисковых отрядов. Надеюсь, что новое руководство «Долины» предпримет шаги для решения этой проблемы и повторения подобных случаев удастся избежать.
Уж не знаю что должны чувствовать бойцы этого отряда, осознавая, что их труды не просто прошли впустую, а нанесли серьёзный вред...
В заключение, ещё раз призываю членов и командиров поисковых отрядов пользоваться подготовленной нами Памяткой (БЕРЕГИТЕ ПАМЯТНИКИ АРХЕОЛОГИИ! (памятка бойцу поискового отряда)). Если бы копавшие в Черенчицах были знакомы с ней, то сразу бы поняли, что это не военное захоронение (все признаки налицо).
В свою очередь, мы готовы при возникновении спорной ситуации выехать на место работ и выяснить, что же на самом деле было обнаружено. Мы так уже неоднократно делали. Ни разу не отказали. когда нас просили посмотреть на «странное захоронение» (хотя стоит признать что это было всего несколько раз) и выезжали на место (вот например, видеосюжет про один из выездов
Признаться, когда я ехал в Туву, то не так представлял себе скифский курган. По книгам я был знаком только с его «идеальной» конструкцией: несколько заметных внешних каменных или грунтовых колец, окружающих высокую каменную кладку, засыпанную землей. Но оказалось, что в долине Ээрбека все несколько иначе. Это стало понятно, как только я прибыл на раскоп. На поросшем высокими степными травами поле виднелось несколько каменных горок, укрытых дерном. Сильно заросшие, они почти не выделялись из окружающего ландшафта. Это и были курганы. Три уже раскопали. В одном из них находилось парное захоронение, в другом — могила ребенка. У него был раздроблен череп, возможно, его принесли в жертву...
Скифское золото
Самый известный памятник скифского времени в Туве — это курган Аржан-2. Он расположен в Уюкской горностепной котловине на севере республики и датируется VII веком до н. э. В 2001- 2004 годах его исследовала российско-германская экспедиция (немцы полностью финансировали проект). Находки, обнаруженные археологами, стали настоящей сенсацией. Ученым повезло: так случилось, что грабители по не установленной точно причине обошли Аржан-2 стороной, не тронув захоронения скифского вождя с супругой. Вероятно, причиной тому послужила уникальная планировка кургана: основная могила располагалась в нем не по центру, а была значительно смещена к северо-западному краю. Но как бы то ни было, перед исследователями открылись несметные сокровища: костюмы, украшенные нашитыми золотыми бляшками в виде животных, головные уборы с изображениями лошадей, оленей и барсов, нагрудные украшения, а также многочисленные серьги, бусы, оружие и предметы обихода. Всего собранные изделия из золота тянули на 20 килограммов. После реставрации в Эрмитаже сокровища Аржана-2 вернули в Туву, где на них можно посмотреть в Историческом музее столицы республики — городе Кызыле.
*****
Ээрбек — это река, текущая в 40 километрах от столицы Тувы — Кызыла. Здесь работает археологическая экспедиция Института истории материальной культуры (ИИМК РАН). На территории Тувы раскопки ведутся давно, но в этот раз ученые копают на участках, по которым будет проложена железная дорога. По закону все застраиваемые территории должны проходить предварительную экспертизу: не попадают ли в их зону ценные археологические объекты. В советское время этот принцип неуклонно соблюдался, но в 1990-е археология не финансировалась. Современный проект спасательных раскопок, организованный Русским географическим обществом, назван «Кызыл — Курагино» (по конечным остановкам строящейся рельсовой магистрали) и рассчитан на четыре года. 2012-й — это второй сезон полевых изысканий, два лета еще впереди. Со мной вместе из Москвы прилетела без малого сотня студентов — волонтеры из разных регионов России, а также из США, Германии и Эстонии. Это ребята в среднем лет восемнадцати-двадцати, как правило, гуманитарии или географы. Их разместили в лагере под названием «Долина царей». Мы в свое время такого и представить не могли: хорошие армейские палатки на восемь человек с деревянным настилом и удобными лежаками, большая кухня, душ и баня, спортивная площадка, медпункт. Плюс терминал Сбербанка, чтобы можно было оплачивать телефон и интернет. Завтрак в «Долине царей» ранний — подъем в шесть утра. «Если человек будет вставать так рано, он скоро умрет», — слышал я разговор умывающихся студенток. Волонтерам приходилось махать лопатой по шесть часов — с восьми до двух. Хотелось верить, что их страдания будут вознаграждены, хотя шансы на это невелики: слишком многие курганы в районе раскопок были уже найдены раньше и разграблены.
На ближний к лагерю раскоп я попал, когда волонтерам уже обозначили фронт работ. Кто-то пошел на открытые, но еще не раскопанные до конца курганы, кто-то начал разбирать новую каменную кучу над очередной усыпальницей.
Николай Смирнов, археолог, проработавший в Туве с десяток лет, инструктирует новоприбывших ребят. Работы всегда начинают с разметки захоронения. Сначала через всю насыпь проводится полоса шириной сантиметров сорок, которую не трогают до окончания работ. Это бровка, она показывает, какие культурные пласты археологи уже прошли. После разметки следует раздерновка кургана: убираются все напластования земли, покрывшие памятник уже после завершения его строительства. После нее открываются курганные ограда и пристройки. Все это зачищается и фотографируется. Дальше художники готовят чертеж раскопа, где учитывается буквально каждый камень.
Смирнов подводит волонтеров к уже вскрытому захоронению: «После графической фиксации очищаем ограду кургана и стенки. Снова все это зарисовывается и фотографируется, потом приступаем к расчистке захоронений. Здесь работаем только совком и кисточкой, чтобы ни одной косточки не повредить!»
|
Все эти действия должны быть тщательно зафиксированы, и не только в чертежах, но и в полевых дневниках, чтобы тот, кому потом придется изучать материалы экспедиции, мог разобраться в работе своих коллег. Наконец, когда работы завершены, все могилы исследованы и зарисованы, перекапывают бровку и делают контрольную прокопку на случай, если под погребением есть еще что-нибудь: предметы или более ранние захоронения. После археологических работ раскоп рекультивируется, то есть закапывается обратно, а оставшиеся отвалы разравниваются. Если курган представляет уникальный объект древнего искусства, его реконструируют, то есть восстанавливают полностью, но такое бывает редко. Вообще, в долине Ээрбека выявлено более сотни курганов, которые представляют археологический интерес. За сезон из них можно обработать десятка два. Но у археологов еще два года в запасе.
«Посмотрите, а вот петроглиф», — начальница раскопа Наталья Лазаревская показывает неброский камень на одной из стенок кургана. Признаться, я не увидел ничего. Тогда Лазаревская взяла кусочек бумаги и карандаш. Она приложила лист к камню и начала заштриховывать его грифелем, точно так же, как мы это делали в школе, копируя монетки. И на бумаге появились два козлика. «Козел — священное животное скифов, солнечный символ», — поясняет Лазаревская.
![]() |
Во что верили скифы
О религии сибирских скифов мы знаем очень мало. Судя по археологическим материалам, они делили мир на три уровня — небесный, земной и подземный, — находящиеся в единстве и перетекающие один в другой через циклы смерти и возрождения. Символически это выражалось в образе Древа жизни, пронизывающего все три мира и задающего ритм жизненным процессам природы через смену времен года. Источником жизни считалось солнце, которое скифы изображали в виде оленя, козла или барана. Трудно сказать, существовал ли у скифов культ огня, ставший потом господствующим у иранских народов. Земной мир степняки делили на три зоны — область людей, область животных и область растений, — изображаемые в виде трех концентрических колец. Идея о мировых ритмах смерти и возрождения в скифском искусстве выражалась в сценах терзания хищниками травоядных животных или в изображениях гипертрофированно больших рогов оленя, которые тот терял раз в год и на месте которых вырастали новые. Его рога — символ жизни.
Да, скифы мы
Александр Блок ошибался, когда писал о скифских раскосых очах. На самом деле скифы в основном были ираноязычными европеоидами. В начале 2-го тысячелетия до н. э. они расселились по всему степному поясу Евразии от Китайской стены до Венгрии, и об их происхождении ученые лет 20 назад спорили до хрипоты, выделяя четыре региона, которые можно было бы считать прародиной, — Переднюю Азию, Северное Причерноморье, Северный Кавказ и Туву. О какой-либо единой скифской цивилизации говорить не приходится: у кочевников не было ни письменности, ни чиновничества, ведущего учет и контроль, ни протогородов, ни единой государственной власти, поскольку полномочия их вождей были весьма ограничены. «Зато есть так называемая скифская триада, — рассказывает Николай Смирнов, — по которой можно сразу отличить скифское погребение от всех прочих. Там упряжь, короткий меч акинак с характерной рукоятью и украшения в зверином стиле. Этот набор встречается по всей скифской ойкумене. Это как «Макдоналдс» — он есть везде, существует в самых разных культурах...» Но если о западных скифах Северного Причерноморья мы судим не только по материальным, но и по письменным свидетельствам (например, по «Истории» Геродота), то вся информация о древних кочевниках Тувы — это только раскопки бесконечных курганов-усыпальниц.
Самокопания археологов
К дальнему раскопу (километров за восемь от «Долины царей») я добрался к полудню. Там новеньким рассказали о небольшом кладе из бронзовых изделий, найденном неделю назад. Нашел все это Бобер — местная достопримечательность, копатель со стажем, остающийся в лагере уже не первую смену. Ему лет двадцать, открытое лицо, бородка и замечательная кельтская косица на голове. На самом деле его зовут Вадимом, однако он просил так к нему не обращаться. Во всем остальном Бобер был совершенно открыт для общения.
Мы посидели невдалеке от раскопа, попили остывшего чайку. «Душа просит романтики, а задница — приключений, — так он формулирует свое кредо. — С 2004-го по 2008-й я ходил на ялах, а вот потом как-то сдружился с лопатой. Интересные места видишь, причем такие места, которые в бюро путешествий не предложат. Это у меня третья экспедиция: еще копал в Северо-Западной Сибири стоянки манси, в Краснодарском крае — дольмены. Найти ценное, конечно, интересно, но это не самоцель. Самоцель — это общение и возможность отдохнуть от себя городского. Я повар, зимой занимаюсь кулинарией, а летом от нее отдыхаю, а зимой отдыхаю от лопаты. Но должно быть одно условие. Просто когда копаешь бесцельно, когда тебе не объясняют, что ты делаешь, когда говорят: копай отсюда и до забора, потому что я начальник, — это одно. А когда у тебя хороший начальник раскопа, который говорит: вот здесь посмотри, здесь может быть вот это, вот здесь захоронение, а вот здесь какой-нибудь интересный знак, — и копать становится интереснее. Чувствуешь себя причастным к процессу».
Другие волонтеры тоже говорили о романтике, желании помочь науке и знакомстве с умными людьми. Кто-то добавлял, что видит в экспедиции возможность научиться общению, кто-то хочет проверить себя. Было понятно, что большинство из тех, кто приехал в долину Ээрбека, руководствовались исключительно личными мотивами (хотя бы любопытством), а это определяющее условие, при котором можно организовывать столь большие группы эффективной и бесплатной рабочей силы. Без этого проекты масштаба «Кызыл — Курагино» невыполнимы. Неважно, что привело сюда волонтеров: эмоции или самокопания, но если в 2011 году на раскопе работали около пятидесяти человек, то в этом — три сотни. Число желающих попасть в Туву было столь высоко, что даже пришлось устраивать конкурс для кандидатов.
Фортуна археолога
Уже после возвращения в Москву, 24 августа, я узнал, что археологам (под самое закрытие волонтерского сезона) удалось найти почти не разграбленное захоронение скифской семьи — двух женщин, мужчины и подростка. Сохранились золотая пектораль, бронзовые зеркала, наконечники стрел, меч акинак, бронзовый чекан, колчан со стрелами, поясные украшения VII века до н. э.
«В экспедициях так и бывает, — прокомментировала новость Наталья Соловьева, научный куратор проекта «Кызыл — Курагино». — Сначала очень долгая тяжелая подготовительная работа: большие земляные объемы, плохая погода, да и психологическое притирание друг к другу, а ожидаемые находки всегда ближе к концу экспедиции. Археологи и ждут их в конце. Ну во-первых, потому что к тому времени курганы до конца раскапываются, а самое интересное всегда на дне, и во-вторых, так обычно складывается судьба у археолога, что всегда самое-самое потом.
И здесь получилось так же. Практически в последний день работы волонтеров (25 августа сворачивались лагеря), может быть, ребят уже не было на раскопе, на могильнике Эки-Оттуг-1 в одном из курганов наконец расчистили могилу, сняли раскатившиеся бревна погребального сруба — и оказалось, что там останки четырех человек. Погребение было не разграбленным. Вернее, там были следы ограбления, но, видимо, у грабителей, что-то не заладилось. Возможно, стала обрушаться земля и они быстро оттуда ушли, не успев с собой ничего захватить. И получилось, что остался почти полный типичный погребальный комплект («джентльменский набор»), характерный для восточных скифов».
Зубы и ткань
На следующий день я поехал знакомиться с начальством за 10 километров от лагеря, туда, где составляются планы, где первично обрабатываются и каталогизируются найденные артефакты, пишутся отчеты и рисуются специальные карты раскопов. Занимаются этим сотрудники ИИМК. Это энтузиасты, которые десятилетия проводят в поле. Большинство сотрудников Тувинской экспедиции сами работают на раскопах лопатами и совочками. Руководит процессом семейная пара — Владимир Семенов и Марина Килуновская. У Владимира это уже сороковой сезон в Туве, но на участке Ээрбека он ведет раскопки впервые. Семенов — профессор, добродушный и смешливый человек с бородой и обветренным лицом, в капитанской фуражке (для полноты картины не хватало только курительной трубки). Нас сразу повели в небольшую, но вместительную военную палатку Владимира — показывать «урожай».
Находок оказалось немного. Не только потому, что многие могилы были раньше разграблены, но и потому, что сами погребенные не принадлежали к скифской аристократии. Удалось найти несколько предметов конной упряжи (удила, кольцапсалии и фиксатор налобного ремня), а также предметы женского туалета. Все датируется VI веком до н. э. «Эти стремечковидные удила — видите, у них концы, как миниатюрные стремена, — поясняет Марина, — на территории Тувы такие встречаются впервые». Еще мне показали бронзовое зеркальце, шпильки для волос (скифские женщины любили высокие прически), иглу, шило и маленький ножичек. Часть из этого списка повезло найти Бобру, причем он обнаружил артефакты не в захоронении, а в курганной насыпи. Так же нашлась в июне и золотая сережка, лежавшая под одним из камней могильника. Была еще одна золотая находка — пектораль, женское нагрудное украшение в виде полумесяца. Украшение сделали из золотой фольги. Пектораль отвезут в Петербург и отреставрируют.
Но намного дороже для археологов оказались найденные в одной из могил кусочки полуистлевшей твердой ткани темного цвета. «Скифских тканей известно крайне мало, — говорит Марина. — В ближайшее время мы отправим их в реставрационную мастерскую, чтобы там попробовали восстановить цвет. Вообще, скифы любили разные оттенки красного: розовый, малиновый, пурпурный... Для археологов самое главное восстановить быт, реконструировать повседневность: как питались, чем болели, какие были погодные условия… Для этого важна каждая мелочь. Буквально каждый зуб. Сейчас ученым доступна зубная экспертиза. Очень продвинутая технология, правда дорогая, которая позволяет определить, откуда человек произошел, куда переехал, откуда вернулся. Для нас это очень важно, поскольку мы ведем раскопки в замкнутой долине, где на протяжении долгого времени кочевало несколько семей, оставивших после себя многокурганные могильники. Так что в итоге мы сможем проследить историю сразу нескольких поколений из одного рода».
Ночевать я остался здесь, а в лагерь обратно не поехал. Уже заметно стемнело, когда я пошел к выделенной мне палатке. Было сыро, и я завернул к костру, у которого сидели несколько человек. Это были вольнонаемные ветераны-копатели. Они годами, с весны до конца осени, скитаются по разным экспедициям, а зиму пережидают на заработанные средства. Они знают начальников экспедиций и зачастую поддерживают с ними дружеские отношения.
Копателей тут человек тридцать. Они отлично умеют работать и с кисточкой, и с геодезическими приборами. Теперь они еще обучают волонтеров археологическим премудростям и следят, чтобы раскоп не превратился в яму, чтобы студенты в одном шурфе лопатами работали равномерно, находясь на одной глубине с остальными, чтобы отвал тщательно проверяли на возможные мелкие находки, чтобы с размаху не повредили штыком лопаты обнаруженные останки.
По кругу шла бутылка вина. Я подсел. Разговор не шел, все были увлечены своими мыслями, кто-то играл в нарды, кто-то в шахматы, причем без пешек. «Так быстрее», — объяснили мне. Рядом оказался парень с шикарными дредами. Звали его Сергеем, раньше работал строителем. Я спрашиваю, как он здесь оказался, и он отвечает мне моментально: «Передвижение, постоянное передвижение! Вот что мне нравится — постояли тут четыре месяца, потом поехали в другую экспедицию, постояли там два месяца. Это раз. Во-вторых, физическая работа. Ну и разные интересные люди — вот что самое главное в археологии. Я с детства это люблю: покопать, поискать. «Индиана Джонс» опять же. И вот эта романтика, Высоцкий, Окуджава... Я думал, что, может, это остаток советского прошлого — нет, это все так оно и есть».
Рядом дремлет Макс. С виду хиппи, но на самом деле не хиппи — это он мне объясняет, проснувшись. Отпивает из бутылки, ежится и заводит тот же разговор: «Меня мотает и мотает по стране. Копаю и копаю: с марта по ноябрь в поле, куда позовут. Народ все больше хороший попадается. Даже иногда по первому разу посмотришь — вроде какие-то не такие, а потом присмотришься — ан нет, все равно одного поля ягоды. Посторонние либо не появляются, либо быстро уходят. Обычно ездят лет шесть-семь, потом работу нормальную находят, поближе к дому. У меня еще запас есть, экспедиции оставлять не буду».
*****
На следующий день я еду на раскоп, где было полностью вскрыто срубное захоронение. Сразу впечатляет глубина — метра четыре-пять, не меньше. Внизу, в не полностью истлевшем срубе, несколько черепов и разбросанные кости, между которыми резвятся мохнатые землеройки. «Могилу не просто разграбили, но и осквернили, — комментирует Владимир Семенов. Над этими костями был обнаружен еще один скелет. Человеку, видимо, отрубили руки и вынули ребра, а потом бросили сюда. Такое время от времени встречается — то человека кинут, то собаку. Так мстят или «нейтрализуют» чужих духов предков, когда приходят новые поселенцы». На одной из берцовых костей скелета был ясно виден кусок мумифицированной кожи. Владимир поясняет, что это, скорее всего, часть штанины — большая радость для археологов. Но надо еще провести экспертизу. Люди с лопатами, столпившиеся вокруг, смотрят на эту кость с неподдельным восторгом.
И тут я сам для себя окончательно формулирую то, что мне показалось самым важным в этой экспедиции. Мы имеем дело с субкультурой на момент ее становления. Она состоит из трех разных страт. Ритм жизни здесь задают профессионалы-подвижники. Для них нет неважных артефактов, за каждой находкой они видят историю целого народа. Теперь они получили в свое распоряжение огромный потенциал — молодых романтиков-волонтеров, готовых трудиться на одном энтузиазме. Однако сила эта недостаточно квалифицирована, и поэтому новичкам помогают ветераны-копатели. Я не слышал ни об одном конфликте, который возник бы в процессе этого взаимодействия. Напротив, все быстро знакомятся, и общение становится неформальным. Просвещают волонтеров и сами археологи-профессионалы: они устраивают лекции-беседы для молодежи и стараются помочь им во время работы на раскопе. Так над студентами устанавливается двойная опека.
Главная проблема этого удачного, в общем, опыта в том, что его надо развивать. А осуществить подобную экспедицию без помощи государства было бы делом крайне сложным: все средства на археологические работы были получены либо из РГО, либо из фондов компании-застройщика, которой дали соответствующее задание сверху. И несмотря на то, что сам механизм проведения комплексных раскопок показал себя вполне жизнеспособным, столь масштабные экспедиции едва ли смогут снова стать чем-то большим, чем разовый проект.
Фото: ГЕОРГИЙ РОЗОВ Специально для «Вокруг света»